В круговороте женских забот: вязать до яра

Далеко, далеко на севере, у бело-голубого как небо моря, и где небо такое же как море сине-голубое, и кажется, протяни руку и достанешь, есть  остров, не большой и не маленький, Фюн называется.  И есть на том острове замечательная деревня, так и называется Датская фюнская деревня, по-датски Den Fynske Landsby. Деревня вроде бы и обычная, да не простая, дома в ней собраны со всего острова, и усадьбы построены так, что зайдешь в ту деревню, и будто пропадешь во времени. Пройдись по деревне и увидишь, как жили островные датчане двести и больше лет назад.

Приехали мы в эту деревню и прогуляли в ней весь день. Интенсивность впечатлений и открытий можно сравнить разве что с Национальным музеем, есть что посмотреть, есть чем дышать, и уезжать не хотелось. А хотелось все дышать и дышать этим морским воздухом, северным небом, напиться впрок майскими красками.

Вся деревня –  это современный музей и 25 исторических  домов-усадеб и традиционных хозяйств от начала века шестнадцатого и до века двадцатого. Деревня живет традиционной жизнью: здесь разводят скотину, пашут поля, обихаживают фруктовые сады и огороды. Несколько музейных работников и добровольцы в традиционных одеждах в  круговроте деревенских забот. Здесь даже птица и любая скотинка вроде музейного работника: куры бегают по деревне, гуси важные вышагивают, свинки в загоне, на поле овцы, лошади, коровки. Вот кролик – тоже музейный сотрудник. Подустал чуток, прилег в тенек под музейную досочку.

Каждая усадьба в деревне – со своей историей. Кто построил, или какая семья жила в этом доме последней перед тем, как дом переехал в музей. Семьи на острове были небольшие, всего двое-трое детей. Домашней скотины и птицы – чтобы прокормиться, а работы хватало на всех, еще и работников держали. В каждом доме оригинальная мебель и утварь, и всегда пряжа и шерсть. Сразу видно, что датские женщины сложа руки не сидели.

В доме викария я не выдержала, все-таки пощупала ниточки, подержала в руках чулочные спицы (вот ниточки и вязание – как раз те вещи в этом музее, что трогать можно). А как вязать захотелось! Корзиночка с клубками тут не просто так стояла: придет женщина, возьмет спицы, закрутится клубок, то и время закрутится. Петелька за петелькой отсчитывают не минутки, а года: ничто не изменилось, все как сто и двести лет назад, когда такие серые и белые неотбеленные носки вязали и носили, наверное, всегда. Когда-то вязали иглой, потом спицами. Вот мячик  на окошке один очень похож на вязаный иглой, хотя я могу и ошибаться.

А вот и добровольцы-рукодельницы. Какие они были нарядные и все с  вязанием! Ходят по деревне, гостей развлекают, кто носки вяжет, а кто пряжу прядет. Я постеснялась снимать их близко. Получилось вот только так. Пока я стояла под омелой, со мной заговорила датская бабушка, совсем как из сказки: в белом вышитом фартуке, на ногах деревянные башмаки, на голове чепчик, на плечах – красный платочек, совсем как наш барановский, в руках корзинка с вязанием. И бабушка датская совсем не простая: свободно поговорила со мной на трех языках, про омелу мне рассказала, про деревню и что ей нравится приходить сюда.

Омела в мае. Всегда видела только рождественскую на ярмарках, а тут на дереве, настоящая.

Корзинки с вязанием и нитки, нитки в пасмах, клубки, шерсть, моталки и прялки, да валики с досками: в каждом доме есть что посмотреть, над чем задуматься и чем вдохновиться. Одним постом-статьей не управится, и фотографий много и темы разные. А дотерпела я до зимы и нового года, чтобы начать рассказывать о музее вот из-за этой фотографии. Это женский годовой календарь, все работы на год, на месяц, на неделю, по часам на каждый день. Заголовок по-датски „рабочий год“.

Может показаться, что ничего особенного, в любой культуре у деревенской женщины все заботы одинаковые, и чему же тут удивляться. Всю зиму датские женщины моют шерсть и мнут лен, прядут, ткут и вяжут до самой весны.  В Дании вязание настолько традиционно, что мало какой датский художник не написал хотя бы одну картину с вязальщицей. Мелкие вещи, как то носки, шапочки, митенки удобно вязать и в дороге, вешают на руку корзинку или мешочек с клубками на пояс. Деревянные башмаки на голую ногу не наденешь даже и летом, а зимой так и из дому не выйдешь. На всю семью на весь год надо навязать. Мужу шапочку обязательно надо, весь день до заката – на дворе, на ветру, да на морозе. Но посмотрите, удивитесь, как называются времена года по-датски! Между датским летом и зимой:  „до яра“ и „после яра“. Слово произносится  немного иначе, вроде как „ер“ или „эр“, но вот немцы говорят  „яр“, да и весну немцы, ведь, тоже порой называют „до яра“ или „ранний яр“.  А год-то по-датски и по-немецки „яром“ так и  зовут, и время отсчитывают „ярами“, а вот выходит весна – это то, что „до яра“, потом лето, а за ним – „послеяр“ – это и есть у датчан осень. И как так замечательно сохранилось! У них не только „яр“, но и „яр“  неполный для весны и осени,  у нас – ярко да жарко. Здорово, правда?  Ну вот,  пока не народится новый „яр“, солнце новое весеннее, пока не станет ярко да жарко, нам всем по женскому календарю вязать и вязать!

Schreibe einen Kommentar

Deine E-Mail-Adresse wird nicht veröffentlicht. Erforderliche Felder sind mit * markiert.